Главная страница
Синтаксис Любви
А.Ю.Афанасьев
Книга
Альтернативные описания
Послесловие

Проблема парных отношений не из новых. Однако особую злободневность придало ей последнее время. Дело в том, что прошлое сравнительно редко сталкивалось с вопросом о совместимости пар, так как парная семья до недавнего времени была редкостью. В старину обычно под одной крышей проживало несколько поколений со всеми своими многочисленными ответвлениями, и это не могло не сказаться на атмосфере отношений. Большие семьи, семейные артели и цеха, тесные крестьянские и городские общины - все это позволяло человеку целую жизнь провести в кругу многочисленных близких и найти среди них индивидуумов с таким порядком функций, при котором компенсировались бы все изъяны брака.

Сейчас иначе. Урбанизация общества и большая экономическая самостоятельность индивидуумов все чаще оставляют супругов лицом к лицу. И далеко не все из них выдерживают такое испытание. Как тут не вспомнить гениальные в своей лапидарности строки из песенки Владимира Высоцкого:

“Тут за день так накувыркаешься;
Придешь домой - там ты сидишь...”

Исключить из жизни такого рода ситуации или, на худой конец, облегчить положение и призвана книга “Синтаксис любви”.

Персонаж одного известного романа Оскара Уальда задавался вопросом: ”Сможет ли когда-нибудь психология благодаря нашим усилиям стать абсолютно точной наукой, раскрывающей малейшие побуждения, каждую сокровенную черту нашей внутренней жизни?” И мнится мне, что именно психософиа способна дать положительный ответ на этот заданный давным давно вопрос. Конечно, не исчерпывая всей необозримой палитры психических реакций, она способна спрогнозировать систему человеческих ценностей и поведение индивидуума, а так же обозначить те стороны его психики, что он тщательно скрывает не только от окружающих, но и от самого себя.

Возможно, чтение “Синтаксиса” даст повод к беспокойству, что некоторые супруги, обнаружив задним числом все несовершенство своего брака, срочно порвут привычные узы и, определив личный порядок функций, кинутся на поиски партнера с перекрестьем по процессионным и результативным. Не согласен. Думаю, этого не произойдет, и развод в связи с книгой повальным явлением не станет. Страх перед неизвестностью, привычка к совместной жизни, общность детей и имущества - достаточный залог прочности большинства сегодняшних семей. Более того, знакомство не слишком удачливых супругов с “Синтаксисом любви”, уверен, наоборот значительно укрепит их брак, так как взаимное непонимание - главный источник семейных неурядиц. Если же супруги будут иметь представление о порядке функций у их партнеров, а вместе с ним и представление о сильных и слабых сторонах их натур, представление о том, чего следует ждать от них и чего не следует - совместная жизнь их станет несравненно легче и удобнее. Поэтому книга обращена не только в будущее, но и в настоящее, и цель ее - не только прогнозирование, но и коррекция парных отношений. Хотя хочется, конечно, надеяться, что со временем необходимость в коррекции отпадет. И любовь во всей ее полноте станет единственной формой отношений между людьми.

Напрасны будут и опасения тех, кто заподозрит в “Синтаксисе любви” губителя амурной романтики, осквернителя чистейшего, свободного от рассудочной скверны колодца, иссушителя любви. Отнюдь. По моим наблюдениям, психософия оказывается абсолютно бездейственной в случае, когда сталкивается с “эндокринной любовью”, т.е. любовью, живущей только гормонами РЕА, когда взаимное притяжение обуславливается исключительно бурной работой созревшего для страсти эндокринного аппарата и никакие свойства предмета любви на выбор не влияют, кроме того, что он первым попался на глаза в момент бесконтрольного гормонального всплеска. В этом случае психософия, даже для посвященных в нее, напрочь утрачивает свою силу.

Кроме того, по себе могу сказать, что увлечение психософия, захватывающее поначалу, образом жизни не делается. Примерять психическую типологию к себе, родным, сослуживцам, персонажам мультфильмов - интересно, забавно, пользительно, но, как все на этом свете, конечно. Вдоволь наигравшись психософией, человек спокойно отправляет ее в подсознание - туда, где лежат знания, ежедневным спросом не пользующиеся. Он как прежде может зажигаться, возбуждаться, пылать, ревновать и даже заблуждаться относительно своего предмета. Иное дело, что, когда вслед взглядам, жестам, улыбкам, недомолвкам и другим, им подобным приятностям начального этапа амурных отношений обстоятельства начинают требовать дел, поступков, ответственного поведения, из глубин подсознания спасительным кругом всплывает психософия и ставит все по местам: аргументировано одобряя или не одобряя выбор. Очень помогает, знаю по себе. Однажды меня, уже пышущего любовным жаром, психософия буквально за волосы оттащила от края пропасти. И сейчас, спустя несколько лет, наблюдает свою былую любовь и зная о ее последующих приключениях, не могу передать, как рад, что чаша сия меня миновала.

Вообще, замечательное свойство психософии заключается в том, что она, не питаясь и не питая иллюзиями, не обольщается на свой собственный счет - в смысле своей действенности. Будучи обращенной в первую очередь к логической функции человека, она знает о многоликости интеллектуальных реакций и не ждет всенародного признания. Еще одно важное наблюдение, касающееся психософии, заключается в том, что она, выйдя из подсознания и вернувшись в него, все-таки возвращается не на прежнее место, а куда-то на грань между интуицией и знанием. Вывожу это из того, что у всякого, освоившего психософию, душевное зрение становится неизмеримо зорче, он не становится роботом, занятым постоянным наклеиванием психотипических ярлыков, но чутье на определенные функциональные вибрации приобретает и тем обеспечивает себе неведомый прежде при контактах с окружающими психологический комфорт.

Как всякая объективизирующая восприятие система, психософия мир не красит. Наука есть наука, она не мед и не грелка. Но психософия позволяет без разочарования смотреть вокруг, потому что лучшийспособ не разочаровываться в людях - это не обольщаться на их счет. Одним словом, с “Синтаксисом любви” нерадужная жизнь наша делается легче, проще, честней, бесстрашней.

Думаю, и на этом спасибо.